Впервые в истории.

За последними новостями из стана Тампы, как положительных, так и не очень, связанных с игрой клуба в текущем сезоне, с травмами четверых ведущих защитников под занавес регулярного чемпионата и прочими рекордами Бена Бишопа, без должного внимания остались два эпизода, которые, на самом деле, являются ключевыми, чтобы охарактеризовать действительно качественный разворот, который совершила Молния под руководством Стива Айзермана.

Оба события произошли на прошлой неделе. Их разделил один день. И, в принципе, ничего совсем уж сверхъестественного в эти два дня не произошло. Ежегодно в этот период, по окончании турниров в университетском хоккее США подобных событий в жизни клубов НХЛ происходят десятки.

Собственно, Молния делала нечто подобное, а именно, подписывала игрока, завершившего «карьеру» в университетском хоккее четыре года подряд до сегодняшнего дня. Алекс Киллорн, Джей Ти Браун, Андрей Шустр и Коди Куник – все пришли в систему Тампы непосредственно со школьной скамьи.

Собственно и в этот раз, казалось бы произошло относительно рядовое событие – Айзерман сообщил о подписании двухлетних двусторонних контрактов новичков с нападающим Мэттью Пекой (не является родственником известного в прошлом Майка Пеки) и голкипером Адамом Уилкоксом. Контракты начнут действовать со следующего сезона. Остаток этого сезона бывшие студенты проведут в фарм-клубе Молнии из Сиракьюза по контракту непосредственно с клубом АХЛ.

Но дело отнюдь не в том, кем являются новички Молнии. Да, и Пека и Уилкокс – звезды студенческого хоккея. Да, и про того и про другого говорят. Что они готовы играть в НХЛ прямо сейчас. Но настоящая ценность этого события – в несколько ином. Но об этом позже.

Пека – капитан и лидер своего университета (Quinnipiac). Миниатюрный (172 см) плеймейкер, который отнюдь не стесняется своих габаритов и уверенно чувствует себя в силовой борьбе у бортов и на пятачке, которую преимущественно выигрывает (несмотря на свой рост и вес). За университет провел 157 матчей, в которых забросил 42 шайбы и сделал 101 голевую передачу, присовокупив к оным 91 минуту штрафа.

В трех сезонах из четырех проведенных в NCAA он был лучшим в своей команде по голевым передачам, установив в феврале прошлого года рекорд команды, набрав 6 очков в одном матче.

Но дело даже не в статистике. По словам тренерского штаба Quinnipiac, и скаутской службы Молнии, первое, что приходит на ум при просьбе охарактеризовать Пеку как хоккеиста это «прирожденный лидер». Скауты Молнии сравнивают его в этом с Райаном Кэллахэном. Во вторую очередь говорят о его универсализме. Он и плеймейкер (статистика это подтверждает). Он и снайпер (хет-трик в рамках одного из последних университетских матчей команды, когда он, по сути в одиночку выиграл неудачно складывающийся матч, по ходу которого его команда проигрывала 0-2, не даст соврать). Он и чеккер. Он и нападающий оборонительного плана. Любой каприз… если это нужно команде.

В общем, единственное, что теоретически может помешать Пеке с переходом на профессиональный уровень – его габариты. Но Тайлер Джонсон (а также один другой хоккеист, чье имя нельзя произносить вслух в обществе болельщиков Молнии) может подтвердить – что это не самое страшное.

Второй подписант – Адам Уилкокс. Парень еще более перспективный. Две номинации на Mike Richter Award (лучший вратарь студенческого хоккея), номинация на Hobey Baker Award (лучший хоккеист студенческого хоккея) в прошлом году. Звание лучшего новичка и лучшего вратаря в конференции «Big Ten», в которой выступает его колледж. Включения в символические сборные лучших игроков различного калибра. Практически все вратарские статистические рекорды университета.

В последнем сезоне в университетском хоккее его статистика несколько ухудшилась (хотя 92,1% сэйва это «ухудшение» относительно 93,2% в прошлом сезоне, а в целом вполне убедительно), но связано это не с только с ухудшением в игре самого Уилкокса (6 шатаутов в 38 играх, это убедительный результат, как ни крути), сколько с общим ослаблением его команды из-за завершения обучения ключевыми полевыми игроками.

В связи с успехами Пеки и Уилкокса, в разрезе глубины системы Тампы (особенно на вратарской позиции) многими хоккейными экспертами из Тампы (да, я знаю, как словосочетание «хоккейный эксперт» применительно к команде из южных штатов режет изнеженный франкоканадскими именами слух болельщиков Монреаля, но тем не менее – такова нынешняя реальность – и в Тампе за скоро уже 25 лет ее существования появились самые настоящие хоккейные эксперты, в том числе из числа игроков выигрывавших Кубок Стенли с этой командой), высказывались опасения, что Молния может потерять этих двух талантливых хоккеистов.

Дело в том, что действующее CBA предполагает, что если игрок студенческого хоккея не получает предложения от задрафтовавшей его команды до 1 июня года, в котором завершается его обучение в колледже, то 1 июля он имеет право выходить на рынок в качестве неограниченно свободного агента и подписывать контракт с любой командой.

В связи с этим, многие боялись, что Уилкокс (в отношении Пеки такие опасения тоже высказывались, но в меньшей степени и реже), взглянув на глубину вратарской позиции в Тампе, которая, фактически может предложить ему только позицию бэкапа в своем фарм-клубе (а в начале сезона, когда за спиной Бишопа был Евгений Набоков – и вовсе позицию пятого вратаря), примет решение не подписывать контракт с задрафтовавшим его клубом, а дождаться лета и выбрать команду, где его перспективы будут выглядеть менее туманно.

Однако, не на того напали. Первым комментарием от самого Уилкокса изданию Syracuse Post-Standard относительно подписания соглашение было следующее, блеснув заодно знаниями о команде, в которой ему предстоит играть:

«Глубина вратарской системы? Так это же самое важное! Вы посмотрите. Тампа приобретает Бена Бишопа – и он в первом же полном сезоне номинируется на Везина Трофи. В Тампу приезжает молодой русский вратарь и уже в дебютном сезоне он отвоевывает место у легендарного ветерана. Безвестный до приезда в систему Тампы латвийский вратарь, проводит фантастический сезон, выступая на всех уровнях, в том числе сыграв фантастический матч на Олимпиаде. Когда я смотрю на это – я понимаю, что это организация – та, о которой вратарь может только мечтать на старте карьеры. У меня не было ни малейших сомнений в том, что я хочу начинать свою профессиональную карьеру именно здесь. А там – посмотрим».

Учитывая, что на протяжении всей своей карьеры, Уилкокс достаточно успешно переигрывал конкурентов, в следующем году Кристерсу Гудлевскису следует немного опасаться. А там – посмотрим.

Но то событие, о котором я начинал этот пост – это вовсе не то, что Адам Уилкокс (и Мэтт Пека) выбрал Тампу. Вовсе нет.

Все гораздо проще и, если честно – гораздо удивительнее. Для болельщиков Тампы – так точно.

Когда Стив Айзерман пришел в клуб, на своей первой пресс-конференции он сказал, что у него есть предельно четкое видение того, как будет строиться «новая» Молния. Ставка на своих игроков, выбранных на драфтах. Глубокое развитие в собственной системе. Точечное усиление через обмены и подписание свободных агентов. Но самое главное – это не строительство ростера на сезон-другой, а создание всесторонней и сбалансированной системы, которая будет позволять игрокам развиваться и приходить в основной клуб полностью готовый к НХЛ.

Уверенность в приверженности Айзермана этому заявлению несколько пошатнулось, гляда на эпопею с издевательством над Бреттом Коннолли, когда его, едва отошедшего от тяжелой травмы, полученной в юниорах и пропустившего огромное количество игрового времени тогда, когда это ему было так необходимо, без подготовки швырнули в горнило НХЛ и не стали возвращать в юниоры, когда это было возможно. В результате — крохотное игровое время, регулярные отсидки в пресс-боксе, потеря формы, потеря уверенности в себе. И, в итоге, практически загубленная карьера (пожелаем ему начать в Бостоне с «чистого листа»).

Однако после подписания контрактов с Уилкоксом и Пекой, можно констатировать, что Айзерман действительно верен озвученным им принципам. Потому что…

Никогда еще в истории Тампы не было драфта, все игроки с которого заключили контракт с клубом НХЛ (в том числе с Тампой).

На прошлой неделе это «никогда» закончилось. Все шестеро игроков, выбранных Айзерманом в 2011 году, на его первом «честном» драфте (предыдущий драфт, Айзерман проводил в качестве ГМа номинально, фактически процедурой занималась предыдущая скаутская служба), имеют контракт с Молнией.

Более того, двое из них – второй выбор (второй раунд) и шестой выбор (седьмой раунд) – Никита Кучеров и Ондрей Палат в этом году являются важнейшими элементами системы Джона Купера. Перспективы Владислава Наместникова (первый выбор, первый раунд) в НХЛ тоже вполне однозначны. Никита Нестеров (третий выбор, пятый раунд) своей игрой в и, главное, сверхубедительным рывком в развитии, в этом сезоне, заставляет все тех же хоккейных экспертов из Тампы говорить о том, что дни Марка Барберио в команде сочтены и летом он нового контракта не получит – Нестеров и в атакующих действиях и, главное, при выполнении непосредственных обязанностей смотрится предпочтительнее Марка.

Про перспективы Пеки и Уилкокса мы уже говорили. Но даже если им не удастся провести в НХЛ ни одного матча на двоих, их подписание – знаковое для Тампы. Никогда еще у Молнии не было 100% (с точки зрения подписания контрактов) результатов на драфтах.

Шесть игроков, подписанных с одного драфта в истории Тампы уже были. После самого первого в истории драфта – 1992 года. Но это была скорее вынужденная мера, ибо качественных игроков у первого состава Молнии не было. От слова совсем. В других условиях – далеко не факт, что выбранные после первого номера Романа Хамрлика Дрю Баннистер, Брент Гретцки, Брэнтт Майерс, Дерек Уилкинсон и, в меньшей степени Аарон Гейви получили бы свои НХЛ-овские контракты. И их карьеру в НХЛ назвать успешной сложно – в основном они курсировали между основными командами и фарм-клубами.

В любом случае, игроков тогда было выбрано 11, а значит доля подписания составила 55%.

Собственно, уже со следующего драфта, началась болезнь Тампы — тенденция, которая до прихода к рулю Айзермана была нарушена только однажды – на драфте 1998 года. При всем богатстве талантливых игроков на драфте (за исключением очевидных выборов в первой пятерке номеров, к которым относятся Стивен Стэмкос и Виктор Хедман, хотя и тут есть значительные исключения), Молния неизменно выбирала «не тех» хоккеистов.

В 93-м третьим стал Крис Грэттон. И, собственно, все. Кроме него с того драфта в НХЛ сыграли только Алан Игланд (17 матчей за Тампу) и голкипер Тайлер Мосс. Плюс к ним, контракт с Тампой заключил защитник Мэтью Рэби, но он дальше фарм-клуба не прошел.

Драфт 1994-го года стал и вовсе форменным кошмаром для скаутской службы. Контракт с Тампой имели только 8-й номер Джейсон Уимер и Вадим Епанчинцев, у которого пробиться дальше фарм клуба не получилось. Справедливости ради, нужно отметить, что на этом драфте Тампа также задрафтовала защитника Брайса Сальвадора, но когда пришла подписывать контракт, руководство клуба сочло его бесперспективным и отпустило права на будущего капитана Нью-Джерси него на все четыре стороны.

На драфте 1995 Молния выступила относительно успешно, дав «путевку в свет» Дэймону Лэнгкоу, а также выбрав поигравших в НХЛ Майка МакБэйна (который сейчас отбывает тюремный срок за педофилию), Шейна Уиллиса (что характерно, Уиллиса подписывать не стали, он повторно вышел на драфт, где был выбран Каролиной и уже оттуда в рамках обмена попал в Тампу, где, впрочем ничем особым не запомнился) и Зака Бирка. Также контракт с Молнией был у Эдуарда Першина. Но, тем не менее, три игрока не удостоились НХЛ-овских контрактов.

Драфт 1996 запомнился в первую очередь тем, что под 16-м номером выбрали защитника Марио Ларока и объявили его будущим системообразующим игроком обороны Молнии. Ларок провел в НХЛ целых 5 игр. А под занавес драфта, в седьмом раунде, выбрали никому неизвестного чеха. Который в итоге стал системообразующим защитником чемпионского состава. Павел Кубина. Слышали, возможно, про такого. Также контракт с Тампой получили защитник Джейсон Робинсон (0 матчей в НХЛ) и нападающий Хавьер Делайл (аж 16 матчей в НХЛ из которых 2 – за Тампу).

В 1997-м Тампа дала дорогу в НХЛ защитнику Полу Маре. Об остальных, можно не вспоминать. Хотя Мэтт Элич, Карел Бетик, Андрей Скопинцев поиграли в НХЛ.

Наконец, самый удачный (с точки зрения качества) драфт в истории Молнии. Четыре игрока того драфта провели за Тампу более 100 матчей (Мартин Цыбак, Дмитрий Афанасенков, Брэд Ричардс и Венсан Лекавалье) и все стали обладателями КС в 2004-м году. Но из задрафтованных тогда одиннадцати игроков пятеро контракт с Тампой не получило, а права на двоих (Эрик Бидуэ и Сергей Кузнецов) были обменены в другие клубы.

После этого, началась уж совсем черная полоса в жизни скаутской службы.

За 7 лет – с 1999 по 2006-й Тампа выбрала семьдесят девять игроков на драфтах. И только один из них, причем только в этом сезоне, стал если не звездой, то, как минимум, хорошим по НХЛ-овским меркам, ценным хоккеистом. Карри Рамё. Драфт 2004 года. Всё.

В остальном, из выранных на этих драфтах игроков действительно хороших игроков НХЛ не получилось (подчеркну — на уровне НХЛ, ибо Александр Свитов или Василий Кошечкин в КХЛ считаются звездами).

1999-й лучший игрок — Шелдон Киф; 2000-й — лучший игрок — Никита Алексеев; 2001-й — лучший игрок — Евгений Артюхин, 2002-й — лучший игрок — Пол Рэйнджер, 2003-й год — лучший игрок на ваш выбор — или Ник Тарнаски или Мэтт Смэби, хотя хрен редьки не слаще, 2004-й год — лучший игрок (помимо Рамё) — Майк Лундин, 2005-й год, лучший игрок — Блэр Джоунс.

Особняком стоит драфт 2006 г. Тогда контракт с Тампой поимело 50% выбранных… четырех игроков (Рику Хелениус и Кевин Куик). Но их выступление признать успешным не получается вообще никак.

Наконец, начиная с 2007-го года (когда генеральным менеджером стал Брайан Лоутон), ситуация начинает хоть немного, но выправляться. Алекс Киллорн, Джеймс Райт, Дастин Токарски, Марк Барберио, Люк Витковски, Ричард Паник. Это не считая Стэмкоса и Хедмана.

И вот, теперь, впервые в истории, все игроки, выбранные на одном драфте Тампой, имеют контракт с клубом. И, более того, у всех НХЛ-овские перспективы выглядят в достаточной мере интересно.

Вот такой момент незаслуженно остался без нашего внимания.

До новых встреч.

Оставить комментарий

Пожалуйста, авторизуйтесь чтобы добавить комментарий.
  Подписаться  
Уведомление о